|
Хорошо известно, что мифы появляются по незнанию и поддерживаются по невежеству, либо умышленно. Так, миф
о желании Гитлера осуществить мечты Ницше
не выдерживает никакой критики. Достаточно просто процитировать Ф. Ницше, чтобы
понять насколько смешно подобное утверждение.
Ницше о Германии и немцах:
«Немцы – их называли некогда
народом мыслителей: мыслят ли они ещё вообще?».
«Deutschland, Deutschland uber alles, я боюсь, что это было концом немецкой философии…».
«Этот народ самовольно одурял
себя почти в течение тысячи лет».
«Определение германцев:
послушание и длинные ноги…».
«Происхождение немецкого духа
– из расстроенного кишечника…».
«Куда бы ни простиралась Германия, она портит
культуру».
«Немцы неспособны к пониманию
величия».
«Таким, как я есть, чуждый в
своих глубочайших инстинктах всему немецкому, так что уже близость немца
замедляет моё пищеварение».
«Поистине, общество, от
которого волосы встают дыбом!.. Ни в каком ублюдке здесь нет недостатка, даже в
антисемите. – Бедный Вагнер! Куда он попал! – Если бы он ещё попал к свиньям! А
то к немцам!..».
«Немецкие историки не только
утратили широкий взгляд на ход, на ценности культуры, но все они являются
шутами политики (или церкви)».
«Немецкий дух» - это мой дурной воздух: я с
трудом дышу в этой, ставшей инстинктом, нечистоплотности in psychologicis, которую выдаёт каждое слово, каждая мина немца».
«Немцы для меня невозможны».
«Общение с немцами унижает».
«Немцы вошли в ряд одарённых
наций лишь благодаря сильной примеси славянской крови».
«Я страдаю от того, что мне
приходится писать по-немецки, хотя я, пожалуй, пишу лучше, чем когда-либо
вообще писал какой-нибудь немец».
Ницше об антисемитах:
«Евреи же, без сомнения,
самая сильная, самая цепкая, самая чистая раса из всего теперешнего населения
Европы…Что евреи, если бы захотели – или если бы их к тому принудили, чего,
по-видимому, хотят добиться антисемиты, - уже и теперь могли бы получить
перевес, даже в буквальном смысле господство над Европой, это несомненно; что
они не домогаются и не замышляют этого, также несомненно…было бы, пожалуй,
полезно и справедливо выгнать из страны антисемитских крикунов».
«С тех пор как Вагнер
появился в Германии, он шаг за шагом снисходил ко всему, что я презираю, - даже
к антисемитизму…».
Ницше о России и русских:
«У злых людей нет песен». –
отчего же у русских есть песни?»,
«Моими
естественными читателями и слушателями уже и теперь являются русские,
скандинавы и французы».
«Мы нуждаемся в безусловном
сближении с Россией и в новой общей программе, которая не допустит в России
господства английских трафаретов. Никакого американского будущего! Сращивание
немецкой и славянской расы».
«…Основывается нечто
подобное…России, единственной державе, которая нынче является прочной, которая
может ждать, которая ещё может нечто обещать, - России, противопонятию жалкому
европейскому партикуляризму и нервозности, вступившим в критический период с
основанием Германской империи… У всего Запада нет более тех инстинктов, из
которых вырастают учреждения, из которых вырастает будущее…».
«Чувства русских нигилистов
кажутся мне в большей степени склонными к величию, чем чувства английских
утилитаристов…».
Ницше о национализме:
«Приходится мириться с тем,
что если какой-нибудь народ страдает и хочет страдать национальной горячкой и
политическим честолюбием, то его постигает порою некоторое умственное
расстройство, его ум заволакивают тучи, словом, он испытывает небольшие
приступы одурения: например, у современных немцев появляется то антифранцузская
глупость, то антиеврейская, то антипольская».
«Благодаря
болезненному отчуждению, порождённому и ещё порождаемому среди народов Европы
националистическим безумием, благодаря в равной степени близоруким политикам,
которые нынче с его помощью всплывают наверх и совершенно не догадываются о
том, что политика разъединения, которой они следуют, неизбежно является лишь
политикой антракта, - благодаря всему этому и кое-чему другому, в наше время
совершенно невыразимому, теперь не замечаются или произвольно и ложно
перетолковываются несомненнейшие признаки, свидетельствующие о том, что Европа
стремится к объединению».
«Надо иметь привычку жить в
горах – видеть под собою жалкую болтовню современной политики и национального
эгоизма».
«Самая враждебная культуре
болезнь и безумие, который только возможны, - национализм, это национальный
невроз, которым больна Европа».
Ницше о сверхчеловеке:
«На различных территориях земного шара и среди различных культур,
удаётся появление того, что фактически представляет собою высший тип, что по
отношению к целому человечеству представляет род сверхчеловека».
«Слово «сверхчеловек» для
обозначения типа самой высокой удачливости, в противоположность «современным»
людям, «добрым» людям, христианам и прочим нигилистам – слово, которое в устах
Заратустры, истребителя морали, вызывает множество толков, - почти всюду было
понято с полной невинностью в смысле ценностей, противоположных тем, которые
были представлены в образе Заратустры: я хочу сказать, как «идеалистический»
тип высшей породы людей, как «полусвятой», как «полугений»… Другой учёный
рогатый скот заподозрил меня из-за него в дарвинизме: в нём находили даже столь
зло отвергнутый мною «культ героев» Карлейля, этого крупного фальшивомонетчика
знания и воли. Когда же я шептал на ухо,
что скорее в нём можно видеть Чезаре Борджа, чем Парсифаля, то не верили своим
ушам».
|